Александр Данилюк, министр финансов Украины

19-10-2016 г. в 15:29
Источник: Укринформ

Пенсионная реформа не сводится к повышению пенсионного возраста

Александр Данилюк, министр финансов Украины

В октябре Вашингтон, где плотность высокопоставленных чиновников на один квадратный метр и без того зашкаливает, собрал еще и весь финансовый и экономический бомонд мира. На ежегодном собрании Всемирного банка и Международного Валютного Фонда где-то в лифте можно запросто было нарваться на министра финансов Франции или во время перерыва выпить кофе с вице-президентом мощной транснациональной корпорации.

Министр финансов Украины Александр Данилюк прилетел в Вашингтон в составе украинской правительственной делегации. Один из ярких представителей «гарвардских парней» в правительстве, он чувствовал себя здесь, в «столице мира», как рыба в воде - свободная речь, давние знакомые, калейдоскоп дискуссий и переговоров. На полях своего напряженного графика, между разговором с министром финансов Германии и встречей с американскими таможенниками, он успел дать интервью Укринформу. Рядом не было ни многочисленной свиты, ни ребят с проводами в ушах, мы просто сидели на скамейке в парке под мягким осенним вашингтонским солнцем. Но говорили про украинские проблемы.

-Александр, с какими сигналами вернется украинская делегация из Вашингтона?

- С положительными. В Вашингтоне мы не вели переговоров о следующем транше, как сообщали некоторые СМИ. Это была работа над продолжением программы сотрудничества МВФ с Украиной. В рамках программы на конец октября уже запланирован приезд делегации Фонда в Киев. Миссия будет оценивать, как программа выполняется и какими должны быть дальнейшие шаги.

Не менее важным в Вашингтоне было участие украинской делегации в глобальном диалоге. На ежегодные сборы собираются министры финансов и главы нацбанков почти со всего мира. Итак, обсуждали именно те глобальные проблемы, которые показывают, куда движется мир и каким может быть наше место в нем.

-Это и есть выработка той дорожной карты от МВФ, которой так любят пугать «прогрессивные» критики фонда?

-На самом деле дорожная карта у Украины уже есть - это Меморандум с МВФ, обнародованный недавно. Руководству МВФ важно было убедиться, что эта карта у нас в активной работе.

-В чем тогда заключаются позитивные сигналы, о которых вы сказали?

-Очень положительно был воспринят проект нового Налогового кодекса (как такой, что безусловно улучшит инвестиционную привлекательность), и проект бюджета на следующий год. В общем, первые комментарии от МВФ по поводу бюджета мы получили еще две недели назад. В Вашингтоне продолжили обсуждение деталей документа.

-Насколько критично его оценили?

-Скажем так, были уточняющие вопросы.

-Много?

-Не скажу, что мало. Но это рабочий процесс. Вопросы есть по каждой сфере, потому что бюджет - это сложный документ. И им надо понимать, как он формировался, какие реформы в нем заложены. Повторюсь, отзывы в целом очень положительные. Бюджет признан реалистичным и таким, что даст возможность масштабно реформировать экономику. Впервые за много лет мы подали его в Верховную Раду вовремя. Теперь у нас есть два с половиной месяца до конца года, и это время следует использовать максимально эффективно для обсуждения документа, чтобы все стороны были уверены, что мы получили качественный бюджет.

-Что будет, к примеру, с такой болезненной и такой важной для каждого сферой, как здравоохранение?

-В бюджете уже предусмотрены элементы реформы. Некоторые заведения перейдут на автономное финансирование, а конкретно - на систему оплаты услуг. Будем платить не за то, чтобы человек находился какое-то количество дней в больнице, а за то, чтобы его действительно вылечили. То есть, не за процесс, а за результат.

-Пенсионные проблемы. Выглядит так, что успешность третьего пересмотра программы с МВФ в значительной степени будет зависеть от проведения пенсионной реформы. Это добавляет или наоборот уменьшает вам оптимизма? Будем ли, в конце концов, повышать пенсионный возраст в Украине?

-Я не исключаю возможности повышения пенсионного возраста в ходе предстоящей пенсионной реформы. Но при этом обращаю внимание на отсутствие требования относительно поднятия возраста на конкретное количество лет со стороны МВФ в Меморандуме между МВФ и Украиной. Нам срочно нужна реформа этой системы, но здесь нет никакой нужды ссылаться на МВФ, это необходимо делать Украине для украинцев. И для этого есть много инструментов. Есть пенсионная система, ее необходимо сбалансировать, есть определенные льготы, от которых необходимо отказаться.

-Но в Вашингтоне глава Европейского департамента МВФ Пол Томсен на пресс-конференции четко заявил, что пенсионный возраст в Украине необходимо повышать.

-Это отражает демографические изменения по всему миру. Как ответ на эти изменения сегодня в разных странах идет повышение минимального пенсионного возраста. Такая потребность есть и в Украине, когда, на сколько, - это уже другой вопрос. Кроме того, пенсионная реформа не сводится исключительно к вопросу повышения пенсионного возраста. Есть немало других проблем, и их нужно комплексно решать. Поэтому МВФ ждет от нас позиции по этому вопросу. И я подчеркиваю: пенсионная реформа нужна не МВФ, она нужна украинцам. Именно нам жить в этой стране, нам работать и получать пенсии. И если мы хотим быть уверенными в том, что мы получим достойную пенсию, если мы хотим, чтобы система была справедлива, должны изменять ее, а, значит, проводить ответственную пенсионную реформу.

- Согласно проекту бюджета на 2017 год, Украина после длительного перерыва намерена снова взять займы на внешних рынках капитала. Что это означает - мы окрепли и уже можем эффективно распорядиться средствами, а не проесть их, переложив долг на будущие поколения? Куда пойдут эти средства?

- Для начала подчеркну, что тезис про «будущие поколения» является ошибочным. Ведь в трехлетней перспективе мы снизим размер долга по отношению к ВВП, а также сократим дефицит бюджета.

Заимствования будут идти на финансирование дефицита. Нам надо привыкать к тому, что есть один инструмент сведения баланса расходов и доходов - бюджет. И мы формируем бюджет так, что он будет направлять финансирование, независимо от источников - на то, что сегодня больше всего необходимо страны. Другими словами, мы будем использовать займы, чтобы финансировать сферы, где происходят реальные реформы. Таким образом, будем финансировать и медицину, и образование, но только при условии, что там происходят реформы. Почему? Сейчас, в условиях ограниченных возможностей, мы не можем позволить себе финансировать неэффективность. Финансируя образование, мы хотим получать специалистов, которые будут добавлять Украине конкурентные преимущества, работая здесь. Когда мы говорим о здравоохранении, мы хотим платить не за содержание пустой больницы и зачастую без лекарств, а хотим, чтобы украинцы получали нормальные услуги по лечению, а нация была более здоровой. Мы не будем продолжать практику финансирования чего-либо.

- Продолжая тему внешних долгов. Из нашего прошлого опыта как-то так получалось, что, как только Украина выходила на рынки займов, мы тут же начинали плохо «слышать» кредиторов, в частности, тот же МВФ. Будет ли это означать, что рычаги международных финансовых организаций относительно реформ в Украине ослабнут?

- Такого не может и не должно быть. Если ты получил кредит доверия, и под него средства, уже не можешь отказаться от обоюдно оговоренных правил игры. Потому что завтра уже больше никакого доверия не будет. Кроме того, есть еще один аспект. Четкая дорожная карта, которая построена на реформах, в первую очередь нужна не для МВФ, а нам самим. Ведь через два-три года уже не будет программы МВФ. А мы должны идти дальше. Потому что МВФ - это временно, Украина - самодостаточное государство, способное развиваться. Поэтому, получив на начальном этапе поддержку МВФ, мы должны продолжать строить сильную экономику, чтобы люди получали новые рабочие места и достойные зарплаты. Мы способны это сделать, и мы должны это сделать. Но этого реально достичь только с помощью реформ.

Поэтому, возвращаясь к вопросу, зачем мы выходим на займы, должны сказать: это нормальная практика в условиях нехватки средств. И это также положительно воспринимает МВФ. Потому что понимает: часть средств мы выплатим за счет займов, в том числе МВФ, а другую часть выплатим, потому что наша экономика будет развиваться, и мы «закроем» наши долги за счет средств от развития. Мы же не берем бездумно, как брали раньше - по 3-5 миллиардов за один транш. Теперь мы привлекаем только то, что является необходимым с учетом собственных возможностей. Иначе с МВФ мы бы не работали.

-Сразу после назначения министром финансов вы много говорили о том, что необходимо реформирование системы государственного финансирования. О Минфине в роли двигателя реформ. Что удалось?

- Я убежден, что мы достигли максимально возможного. Минфин действительно выполняет функцию драйвера реформ. К примеру, во время подготовки бюджета мы работали с каждым министерством, тщательно подходили к тому, что они планируют сделать в ближайшие три года, и путем изменения финансирования мы стимулировали реформы в целом ряде сфер: здравоохранении, образовании, социальной сфере. Разумеется, не на 100 процентов все удалось, ведь очевидно, что такие революционные изменения за месяцы не делаются. Но мы, уверяю вас, продолжим. При доработке бюджета в парламенте мы дальше будем адвокатом реформ, и все усилия направим на то, чтобы все государственные средства шли на системные изменения. Без этого новой Украины не будет.

- Но вот мы, однозначно во имя той же новой Украины, сделали первые шаги в либерализации налогов - практически вдвое снизили единый социальный взнос. Результата не получили. Более того, лишь довели дефицит Пенсионного фонда до критической черты. И вот уже мы говорим о том, что мало одной налоговой либерализации. Надо навести порядок в сборе налогов. Согласны?

-Действительно, у нас как-то резко уменьшились призывы к проведению радикальной либеральной налоговой реформы. Зато все больше говорим о необходимости радикальной реформы налогового администрирования. И это справедливо. Если говорить о снижении ставок единого социального взноса, это очень важный шаг. Но нельзя сделать один шаг и остановиться. Главной проблемой, и она существовала всегда, является именно надлежащее администрирование налогов. Когда администрирование является эффективным - без злоупотреблений и коррупции, когда все справедливо, тогда и срабатывают такие реформы, как детенизация. Идея сокращения ставки ЕСВ как раз и заключалась в том, чтобы уменьшить нагрузку, и экономика выйдет из тени. Не вышла. Пока что.

-Теперь ваша команда выступает за передачу администрирования базы фискальных данных от Государственной Фискальной Службы непосредственно в Минфин. Оппоненты обвиняют вас в перетягивании одеяла на себя. На чем базируется ваше убеждение, что этот шаг является необходимым?

- Мы подали соответствующий законопроект, и его уже буквально несколько дней назад одобрили в правительстве. Это очень серьезный законопроект, он предполагает решительные изменения, направленные на то, чтобы устранить возможности для коррупции в ГФС. А также - уменьшить нагрузку на бизнес, упростить все процессы. О важности и правильности этого шага свидетельствует, как мне кажется, уже то, что его поддержали все бизнес-ассоциации и общественные эксперты. Любому нормальному человеку понятно, что это положительные изменения. Мы ничего на себя не перетягиваем, просто убираем возможности для коррупции внутри ГФС. Создаем отдельную организационную структуру, которая будет заниматься IT-системами. Туда перейдут ИТ - системы от ГФС, мы свои системы также передаем туда. Со временем и Казначейство тоже. Идея - вывести ИТ-системы из соответствующих структур, чтобы уменьшить возможности злоупотреблений. Также необходимо модернизировать систему. И если делать модернизацию, это будет эффективнее и дешевле сделать сразу для всех трех структур. Очень много злоупотреблений будут ликвидированы вследствие объединения ИТ-систем таможни и налоговой. Почему до сих пор этого не произошло? Не происходило это уже много лет по понятным многим причинам. А вот мы это сделаем. Сегодня, когда ИТ системы не объединены, мы теряем миллиарды. Это не преувеличение: миллиарды.

- Но пока мы здесь говорим о реформах, Верховная Рада в последнее время приняла целый ряд законов (пусть и в первом чтении), которые, скажем так, не будут способствовать упомянутым реформам. И, кстати, также неприкрыто противоречат Меморандуму между Украиной и МВФ. Тот же закон об индустриальных парках (читай - путь к налоговым оффшорам внутри страны); закон о специальном преференциальном пенсионном режиме для ученых; новый закон о среднем образовании, для которых нужны дополнительные миллиарды гривен. А Дорожный фонд, который станет бюджетом внутри бюджета и будет жить по своим собственным правилам. Видите ли вы за этим популизмом продолжение программы с тем же МВФ?

- А кто говорил, что будет просто? Надо понимать, что без системных изменений экономика и социальная сфера Украины развиваться не будут. Поэтому все, включая Парламент, обязаны относиться серьезно к этим изменениям. В конце концов, одни и те же законы можно наполнить совершенно разным содержанием.

Скажем, идея дорожного фонда - консолидировать финансовые ресурсы. Часть средств действительно пойдет из государственного бюджета. Но она будет небольшая. Средства будем привлекать из того же Всемирного банка и других международных доноров. Такой вариант мы проговаривали в Вашингтоне. И если сделать фонд именно таким, мы будем объединять ресурсы, и управление будет происходить прозрачно и более эффективно.

Индустриальные парки. Я не являюсь сторонником индустриальных парков. Хотя есть модели в некоторых странах, например, в Германии, где индустриальные парки работают. Но там совсем другая философия. Вот есть территория, и мы предоставляем на этой территории льготы - это чистый такой оффшор. Черная дыра, и туда может просто хоть 90 процентов экономики влиться, абсолютно законно. Такого мы не можем себе позволить. Как минимум, это безответственно. Более привлекательной является другая модель, когда государство проводит своего рода кластерную политику, консолидируя бизнес на определенной территории, чтобы он мог получать выгоды от инфраструктуры, которую и берет на себя государство. Это уменьшает стоимость создания и развития бизнеса. И такие варианты, безусловно, можно поддерживать. Но не какие-то там льготы. Льготы - дорога в никуда...

-А как вам новейшее фискальное правило, которое стремительно формируется в Украине - привязка зарплат в разных бюджетных секторах к минимальной зарплате. Начали с НАБу и судей, продолжили полицейскими и государственными служащими, а теперь чуть ли не каждый сектор и себе хочет заякорить зарплату до минималки. Удобно - поднимается минималка, и вся тарифная сетка поднимается. Но вписывается ли такая роскошь в имеющиеся у государства бюджетные ресурсы?

-Я категорически против этого. Убежден, что должны от этой практики решительно отказываться. Это лишает нас необходимой гибкости. Любые изменения приводят к тому, что вся система начинает сыпаться... Ничего хорошего на этом пути нас не ждет. Есть оплата для учителя, она должна быть понятной, и не имеет значения, как это соотносится с «минималкой», учитель должен получать достойный заработок. Поэтому любые привязки к формальной минимальной зарплате я не воспринимаю.

-Мы много говорим о будущем страны. Но кто его будет строить? Вот, к примеру, профтехобразование зависло между государственными и местными бюджетами. Ним перебрасываются как горячей картофелиной, не желая вкладывать средства. Существует ли ответ, кто будет финансировать техническое образование, начиная с 2017 года?

- Это было необдуманно. Но мы исправляем прошлые ошибки. Вместе с Минобразования мы уже нашли решение в законопроекте о профессионально-техническом образовании. Те, кто финансируют училища, станут владельцами этих ПТУ. Это ключевой принцип. Также мы предусмотрели различные модели финансирования. Скажем, заложена субвенция на получение среднего образования. Ведь в ПТУ дети также получают и среднее образование. Так вот, за этот компонент будет платить государство из бюджета. А уже профессионально-технический элемент образования может оплачиваться из других источников, в зависимости от того, кто является заказчиком. Если это локальная потребность - местный бюджет. Если бизнес, какая-то индустрия, они должны официально финансировать специалистов, имея потребность в получении для себя специалистов.

- В каком ритме живет министр финансов? Сразу после назначения вы пошутили, что должность главы Минфина, особенно в такое время, это не теплая ванна, а раскаленная сковородка. Таки сковородка?

-Таки сковородка. Возможно, вопрос был лишь в том, стоит она на плите на отметке 6, или 5. Оказалось, что на 6. Но ничего... Настроение боевое, как вышли на фронт, так и воюем. До победы.

Интервью взял Александр Харченко.

Последние новости
Минэкономики ФРГ не консультировалось с Украиной по сертификации Nord Stream 2 - Витренко 2 часа назадМеморандум участников зернового рынка больше не обеспечивает продовольственную безопасность страны 4 часа назадГермания не учла мнение Украины по вопросу сертификации СП-2 — Витренко 4 часа назадШтаты будут давить на ОПЕК для снижения цен на топливо – Белый дом 5 часов назадВласти Германии заявили, что сертификация «Северного потока 2» не угрожает безопасности поставок газа в Германию и ЕС — СМИ 6 часов назадК концу сентября госдолг Украины составил $92 миллиарда - Минфин 7 часов назадПоставщиков питания для школ АМКУ оштрафовал за сговор на тендерах 7 часов назадМинфин разместил облигации на 17,2 миллиарда гривень 7 часов назадВАКС обнародовал текст решения по делу экс-министра Омеляна 8 часов назадЭкс-заместитель председателя АРМА обжаловал в ОАСК свое увольнение 8 часов назад
Посмотреть все новости